Дополнительные файлы cookie

Разрешая использование файлов cookie, Вы также признаете, что в подобном контенте могут использоваться свои файлы cookie.Trendz не контролирует и не несет ответственность за файлы cookie сторонних разработчиков. Дополнительную информацию Вы можете найти на сайте разработчика. Для того чтобы разрешить или запретить установку файлов cookie данным сайтом, используйте кнопку ниже.

Я согласенНет, спасибо
Logo
{aantal_resultaten} Resultaten
  • Темы
Мнение

Анна Рош. «На войне опаснее быть женщиной, чем солдатом».

08.05.2022

«На войне опаснее быть женщиной, чем солдатом». Генерал-майор Патрик Каммерт, командующий миротворческой миссией ООН в отставке.

Да, наверное, это так. Во-первых, сексуальное насилие всегда присутствовало в любой войне. При этом на международном уровне изнасилование было признано военным преступлением относительно поздно, после Югославии и Руанды. То есть до недавнего времени на сексуальное насилие во время конфликтов в принципе мало обращали внимание.

Если взять, например, Вторую Мировую, там был такой масштаб военных преступлений (в первую очередь, концлагеря), что просто не оставалось времени и эмоциональных сил на рассмотрение вопроса сексуального насилия.

Но это не значит, что его не было. К сожалению, оно очернило память в том числе и советских, и других союзных войск, которые освобождали Европу. Таких историй очень много в Польше, Чехии, Германии. Особенно под конец, когда шли освободительные войска - изнасилования были массовыми. Немкам в поствоенном пространстве просто не разрешалось об этом говорить.


Акция против изнасилования украинских женщин у российского посольства в Таллине.
Фото: Galina Aksakova

Конечно, такое совершали не только советские солдаты. Изнасилования на войне - часто тактика командования. Но это также и отражение отсутствия дисциплины. К примеру, в современных НАТОвских армиях дисциплина настолько важна и общие понятия о том, что можно, а что нельзя делать с гражданским населением, настолько вбиваются в голову солдатам, что изнасилования становятся единичными случаями.

Массовое насилие случается там, где плохая дисциплина, плохой командный дух, да еще и постоянный доступ к алкоголю.

А потом ярость на фоне этого алкоголя - или из-за того, что он закончился. Изнасилование в таких армиях - легкий способ выпустить пар.

В сексуальном насилии есть также извращенная, геноцидальная сторона. Женщины воспринимаются как те, кто породил тех самых людей, которых сейчас нужно уничтожить. То есть это делается «в наказание». В то же время это попытка ударить по самому больному, ведь именно женщины будут рожать новые поколения.

Женщины - это те, кто остается в тылу. Очевидно, что у них меньше оружия и экипировки, а значит, меньше возможностей себя защитить. Также в условиях конфликта они берут на себя намного больше обязанностей, чем в мирное время.

Женщины защищают дом, огород, детей. Часто отвечают не только за свою семью, но и за детей других, за родителей соседей, за бабушку, которая не смогла выехать из соседнего дома…

У них не одна боевая миссия, а все пятнадцать. Во многих конфликтах, в том числе в Украине, ярко выражается «комплекс выжившего». Женщины чувствуют себя виноватыми, что не могут пойти на фронт, поэтому взваливают на себя очень много. В итоге они оказываются перегруженными, но им никто не дает медаль героя.


Анастасия Тихая  пешком вывела из Ирпеня собак-инвалидов.
Фото: novy.tv

Возьмем простой пример: женщина готовит по шестнадцать часов в день и отправляет еду на фронт. Она не получит медали. Медаль получит тот, кто, например, защитил свой взвод. И я ему в медали не отказываю, но тем не менее…

В период войны сложно бороться с сексизмом. Все скатывается к самому базовому - к выживанию, и жизнь раскладывается на типичные гендерные роли.

Женщин в профессиональной армии, за исключением Израиля, до сих пор мало. Сложно совместить карьеру в армии с активных материнством. У любого офицера-контрактника в какой-то момент начинаются разговоры с командованием на тему «до чего я могу дорасти». И вот женщина, младший офицер… Перед ней будет целая панель 55-летних мужиков, которые ей скажут: «Ну тебе еще лет десять - это максимум. Если не повезет по жизни и раньше никого себе не найдешь».

Я слышу от каждого хорошего командира западных армий, что женщины под его командованием привнесли намного больше, чем от них ожидали.

В любой военной организации важно создать культуру, которая строилась бы не только на лояльности и уверенности в решениях командования, но и на создании пространства для диалога. Потому что если один командир все решает, но у него неточная информация, все может полететь в тартарары. Так вот, мне часто говорят о том, что женщины много делают для создания атмосферы, где все друг друга слышат.


Минометчица Валерия Бурлакова.
Фото: ua.news

Редко встретишь маленькую девочку, которая бегает в военном камуфляже с игрушечным пистолетом.

К тому моменту, как они становятся взрослыми, большинство женщин понимают, что невозможно быть за войну. Что быть за войну - это что-то античеловеческое.

Понимают интуитивно - возможно, потому что их совсем юные мозги были меньше запудрены игрой в войнушку.

Я знаю несколько женщин, которые возглавляют частные охранные предприятия. Чаще всего это единственная дочь, а папе очень хотелось, чтобы бизнес остался в семье. В работе с этими женщинами я вижу, что они гораздо аккуратнее подходят к использованию живого огня. У них даже процедуры прописаны по-другому. Они больше думают о том, как сохранить жизни - как своих, так и тех, кто нападает.


Волонтер и военный инструктор Маруся Зверобой (псевдоним).
Фото: ua.news

У мужчин чаще всего первый инстинкт - убить противника. А в женщинах чувствуется гуманизм.

Исследования показывают, что когда женщины участвуют в разработке мирных договоров, мир оказывается длительнее и стабильнее.

Мы сейчас говорим не о переговорах по прекращению огня, а о переговорах по установлению мира. Там роль женщин особенно важна. Часто именно женщины зрят в корень по части послевоенной реконструкции.

После войны всегда найдутся мужчины, которые будут поставлять бетон. Вот здесь разрушили, нужно отстроить, нужен бетон - они привезут. И всегда будут мужчины, которые этот бетон профинансируют, так же как и новый завод. А женщины - это те, кто занимается школами, больницами, культурными центрами. Они задают простые вопросы. Вот привезут обратно детей и чем им заниматься после школы?

Это все базовые вещи, которые позволяют обществу перешагнуть черту окончания кризиса и быстрее развиваться. В долгосрочной перспективе они оказываются важнее всего. Мы это видели в Боснии, на Балканах, в Руанде. Чем больше уделяется внимания тому, от чего зависит общее благосостояние и головы молодого поколения, тем обычно длительнее и стабильнее мир.

Хорошо, что в случае с Украиной не приходится никому объяснять, почему людям нужна помощь.

В отличие, например, от балканских войн. Потому что в 90-е - это нам рассказывал профессор, который работал в Пентагоне - они там карту бывшей Югославии не могли найти. Такую, где не просто Югославия, а все страны, на которые она распалась. А для Украины уже заложено очень много денег в помощь. Когда все прекратится, польются колоссальные вложения. Такого как, например, с Афганистаном, не будет - и это очень хорошо.


Фото: facebook Минобороны Украины

Но последствия для женщин, конечно, будут тяжелые - и в социальном, и в экономическом плане. Любая война меняет общество. Конечно, очень зависит от конкретной ситуации. Женщина, которая осталась вообще ни с чем, часто с детьми, но без мужа и без дома, и женщина, у которой муж вернулся с фронта и они снова могут жить в своем доме, - это будут совершенно разные жизни. Дай бог, чтобы тем, кто потеряет партнера на войне, была поддержка. Я думаю, что будет. Повторюсь, хорошо, что никого не нужно убеждать в серьезности этой ситуации.

Всемирный всплеск любви к Украинцам зародился во многом из-за историй женщин.

Девушка, которая погибла в перестрелке, когда ехала в другой конец Киева отвезти еду бабушкам. Женщина, которая эвакуировалась из Харькова с кучей собак из приюта, причем не просто собак, а в таких маленьких колясках - у них отказывают задние лапы. Студентка в камуфляже с автоматом. Женщина-врач, которая отказалась эвакуироваться вместе с детьми, чтобы помогать пострадавшим. В первые недели эти фотографии были повсюду. Это демонстрация женщины в роли «женщина-воин» и одновременно как человека, который рискует жизнью, чтобы кому-то помочь. Здесь хорошо видна уникальная роль женщины в любом конфликте.


Лиза Чернышенко вывезла 4-х раненых взрослых на автомобиле под обстрелами.
Фото: facebook.com/1tmolviv

На украинском телевидении с начала вторжения отменили обычную рекламу и стали делать социальную. Там есть «минутки ментального здоровья». Например, мультики с советами: не забывайте выходить из дома, мечтать, строить планы, ходить в ваше любимое кафе, если это безопасно…

Очень много из этой социальной рекламы нацелено не только на поддержку женщин, но и на возвышение их роли. Там говорят о том, что если вы мама и ваш ребенок в безопасности, то вы уже молодец - чтобы женщины не чувствовали, что они ничего не делают. Показывают бабушек, которые пекут пирожки для фронта; женщин, которые шьют игрушки и собирают средства для пострадавших и т.д. Говорят о важности их вклада в общее дело.

Украинцы поняли, насколько ценна роль женщины не только во время конфликта, но и в подготовке возвращения к мирной жизни.

Текст: Татьяна Н., глава аналитического бюро, специализирующегося на нестабильных регионах. Имя изменено из соображений личной безопасности.

Записала: Анна Рош
_________________

Больше материалов в нашем телеграм-канале
“Медицина вне политики, но медицина никогда не была вне войны”
Украина

“Медицина вне политики, но медицина никогда не была вне войны”

Как говорить с ребенком в условиях экстренной ситуации: кризисная методичка
Полезно

Как говорить с ребенком в условиях экстренной ситуации: кризисная методичка